29 Февраля 2020, Суббота 12:18
USD MOEX 00,00   EUR MOEX 00,00   CNY MOEX 00,00
$ 00,00 | € 00,00 | ¥ 00,00
Технологически революционные сны: премьера инновационного балетного шоу прошла в Санкт-Петербурге

Технологически революционные сны: премьера инновационного балетного шоу прошла в Санкт-Петербурге

18.09.2019 14:00
Технологически революционные сны: премьера инновационного балетного шоу прошла в Санкт-Петербурге
Фото предоставлено организаторами шоу


14 сентября в Санкт-Петербурге на сцене Мариинского театра прошла российская премьера шоу «Сны спящей красавицы» с Дианой Вишневой в главной роли. 20 сентября шоу переедет в Москву. Впечатляющий синтез современного танца, новейших аудиовизуальных технологий и электронной музыки – шоу такого уровня в России большая редкость, а то, что оно создано и спродюсировано российской компанией ­– редкость вдвойне.

Накануне премьеры корреспондент «Апокрифа» Петр Каменченко побывал на генеральной репетиции шоу и поговорил с главными действующими лицами (включая тех, кто не выходит на сцену).

 

Мягко, нежно, очень нежно… Бам!

Темный зал ДК «Ленсовета». Освещена только сцена, в глубине экран, занимающий весь задник.

— Три — четыре — пять — шесть — семь — восемь. Бам — пам — пам — пам — пам… Еще раз. Немного медленнее. Локоть выше...

Эдвард Клюг, всемирно известный хореограф, ведет репетицию.

— Мягко, нежно … Готовимся!

Клюг выскакивает на сцену:

— Мягко, нежно, очень нежно… Бам! Удар!

Клюг падает боком на специальное балетное покрытие. Поднимается и снова валится на бок, показывая нужное движение еще раз.

На сцене две пары. Диана Вишнева и Марайн Радемакер — принцесса и принц первого состава и их дублеры — Асами Накашима и Денис Савин.

Вишнева просто великолепна, что очевидно даже для человека, далекого от балета (то есть для меня). Каждое ее движение отточено до такой степени, что от этого совершенства становится не по себе – в хорошем смысле слова, конечно.

Японка подчеркнуто вторая. Держит дистанцию. Иерархия у нее в крови.

Чуть в стороне танцует китаянка Ми Дэнг. Ее постепенно вводят в основной состав. Она будет танцевать в ноябре, когда шоу покажут в ее родном Ванкувере. Она формально повторяет все движения Вишневой, но делает это все равно как-то по-своему. У нее очень тонкие и длинные пальцы рук.

Новый эпизод. Танцоры кардебалета поднимают Вишневу на тонких бамбуковых шестах. Клюг снова выскакивает на сцену, теперь уже он повторяет движения танцоров, как будто подсознательно страхуя свою ведущую танцовщицу.

 

Главное — это всегда танец

Эпизод закончен. Небольшой перерыв. Подхожу к хореографу, который выглядит озабоченно. Эдвард Клюг – абсолютный перфекционист. Он работает с театрами по всему миру, в России – с Большим. В Петербург прилетел из Les Grands Ballets Montreal, чтобы подготовить российскую премьеру.

— Вы удовлетворены сегодняшней репетицией?

Эдвард Клюг: Более, чем удовлетворен. То, что вы видите сегодня, это результат целого года нашей работы.

Но год назад шоу уже показывали в Нью-Йорке и во Флориде. Что изменилось со времени первых показов в США?

— Я бы сказал, что это уже совершенно разные шоу. В США у нас не было достаточно времени, чтобы полностью подготовить столь амбициозный и сложный проект. Если быть честным, то это стало одним из моих самых больших разочарований.

Но в Америке «Сны» имели успех. Были очень хорошо приняты…

— В США мы только показали, какой огромный у этого шоу потенциал, но реализовать его так и не смогли. Теперь пришло время сложить вместе все элементы: хореографию, технологии, музыку, костюмы, свет. Соединение и разъединение всех элементов должно стать органичным. Зритель должен погрузиться в атмосферу сна. И все это, а не только постановку танцев, должен сделать я. Но танец — это главное. Потому что визуальные и звуковые эффекты не должны разрушить танец, как это произошло во время американских показов.

 

Чудовище вырвалось на свободу

Репетиция продолжается, но теперь в ней появились новые участники. Это аватары. На Диану Вишневу крепят семнадцать сенсоров, реагирующих на движение. Их сигналы передаются на экран в нескольких вариантах образов в зависимости от сюжета и эмоциональной составляющей эпизода танца.

Аватары танцуют вместе с Вишневой, повторяя ее движения на 3D экране в реальном времени. Эффект полной вовлеченности зрителей в процесс создают очень сложные технологии Real-Time Digital Avatar, огромный во всю сцену экран и аудиосистема L-ISA (L-Acoustics Immersive Sound Art). В итоге диковинные метаморфозы образов из снов Авроры выглядят абсолютно реальными.

Диана танцует, а многорукий аватар буквально оплетает ее душным ночным кошмаром, из которого танцовщица тщетно пытается вырваться. В какие-то моменты начинает казаться, что чудовище на экране само по себе и стремится поглотить свою хозяйку. Взаимодействие живого танца и его проекции настолько необычно, что совершенно завораживает зрителя.

 

Кошмары и ужасы наших снов 

Пока Вишнева работает на сцене, Ми Дэнг с увлечением играет в какую-то игру в телефоне.

— Трудно танцевать в этом костюме?

Ми Дэнг: — Проблемы бывают с сенсорами. Особенно во время дуэта с принцем. Когда мы работаем в паре, сенсор может соскочить. Приходится за этим постоянно следить, а это отвлекает от драматургии самого танца, ведь история развивается, и принцесса должна переживать содержание своих снов, страстей, эмоций, страхов…

— Как складываются ваши отношения с аватарами? То, что вы видите в их исполнении на экране, сильно отличается от того, что делаете вы сами?

— Для меня аватар, это то, что происходит внутри меня, в моей душе и проецируется на экран. Иногда аватар в точности воспроизводит то, что я, как мне кажется, делаю со своим телом, а иногда делает это как-то по-своему. В любом случае он показывает меня изнутри, мои страхи и мои мечты. И я безусловно на это реагирую. Так что получается работа в дуэте — я и он, как бы наше совместное творчество.

— Сны спящей красавицы выглядят жутковато, в них много тревоги, страхов, а в ваших собственных снах это присутствует?

— Да, конечно. Страхи наших снов — это то, что мы не смогли преодолеть в реальной жизни. Сны, это приключение, которое бывает очень трудно принять. Реальные события интерпретируются в наших снах самым причудливым и фантастическим образом. В реальной жизни у нас есть свобода, чтобы защитить себя, а в снах мы бываем совершенно беспомощны и беззащитны.

— А можно, скажем так, «вытанцевать» ночной кошмар? Перевести энергию страха в энергию танца и освободить себя от нее?

— Да. Я думаю, да. Страх находится очень глубоко в нас. Если ты хочешь его побороть, то следует выпустить его наружу. Освободиться от энергии страха, которая прячется внутри тебя. В танце ты можешь раскрыть свои переживания. И это может стать эффективным способом борьбы со страхом.

— Языком тела?

— Да, конечно. Я профессиональная танцовщица, я учусь говорить своим телом, я учусь его контролировать, и я постоянно слежу за этим. Чтобы что-то показать, мне не нужно об этом громко говорить, я могу сделать это своим телом. Танец – это всегда целая история.

 

Раньше такого никто не делал

Технологиями на площадке заведуют американцы Рич Барр и Джереми Ферланд.

— Как это все работает?

Рич Барр: — Сенсорные Wi Fi датчики считывают информацию о движениях артиста и передают ее в компьютер, который все это обрабатывает и создает проекцию в виде аватара на огромном дисплее, занимающем весь задник сцены. Аватар может приобретать разные образы, но при этом он повторяет движения человека, который танцует. То есть, мы соединяем технологии с танцором и получаем аватара, который начинает жить на экране собственной жизнью.

Одновременно многоканальная система звукоусиления L-ISA Audio System погружает зрителей в звуковое пространство за счет дополнительных систем расширения звуковой сцены и каналов пространственных эффектов.

До нас подобную схему создавали лишь стационарно, и она работала только там, где ее смонтировали. Наша задача была – создать звуковое пространство, которое можно будет без потерь развернуть на любой площадке, будь то концертный зал, классический театр оперы и балета или стадион.

— А если сенсор отвалится?

— Если сенсор упадет, то он уже не будет контролировать какую-то часть тела и это проблема. Аватар может лишиться ноги или руки. Поэтому мы тщательно все укрепляем и тестируем до начала шоу. Но если это все же произойдет, шоу будет продолжаться, и публика, скорее всего, ничего даже не заметит. В крайнем случае, мы сможем заменить какой-то фрагмент живого шоу записью и решить эту проблему.

— Задержка между движением танцора и движением аватара существует?

— В Америке была секунда и это можно было заметить. Сейчас задержка в полсекунды, и она уже практически не заметна.

Размер площадки имеет значение?

— У нас есть варианты обустройства шоу для разных площадок. Здесь в Петербурге все рассчитано на небольшой зал, а в Москве экран будет почти в два раза больше. Технологии вполне позволяют сделать шоу и на открытом воздухе. Все это перевозится на двух-трех траках. В России на трех, в Америке на двух, потому что они там побольше. Видео, свет и L-ISA мы можем арендовать на месте, а «мозг» везде возим с собой, куда бы не поехали.

— Технологии скоро убьют классический балет?

Джереми Ферланд: — Думаю, что нет. Но мы уже вступили в новый технологический век, и это постепенно меняет пространство вокруг нас – новые технологии внедряются во все сферы, в том числе и в балет. С сегодняшними технологиями и современным танцем, можно сделать очень много всего.

— В вашем шоу живой танец, живой аватар, а музыка?

Рич Барр: — Вся музыка сочинена и записана в студии специально для этого шоу очень известным трио из Нидерландов Noisia. Но она не застывшая, благодаря L-ISA, она двигается вместе с танцором в процессе изменения его положения на сцене. То есть, если танцор передвигается на край сцены, музыка двигается за ним.

— А что было сделать труднее всего?

Джереми Ферланд: — Самое сложное создать команду единомышленников, потому что у всех, кто участвует в этом проекте, есть свой опыт и свое видение результата. Тут сплетена и классическая хореография, и современный танец, и новейшие технологии, но, чтобы все это соединить и сделать одно большое шоу, все должны говорить на общем языке. Год назад в Америке это не получилось, сейчас все гораздо лучше.

 

Стертая грань

— В прошлом году в Соединенных Штатах мы сделали только первый пробный шаг, — вступает в разговор руководитель проекта Эдуард Ратников. Он же президент T.C.I. — одного из крупнейших концертных агентств в России, недавно привозившего к нам Rammstein и Дженнифер Лопес.  

— Сжатые сроки подготовки были тогда продиктованы сжатым бюджетом, потому что, если все делать эволюционно, оттачивая идею и доводя ее до совершенства, это займет месяцы работы. Что означает, в свою очередь, месяцы аренды оборудования, месяцы работы технической команды, артистов – то есть гигантский бюджет.

Премьеры «Снов» в США были довольно неплохи, и мы убедились, что у проекта огромный потенциал. С тех пор мы заменили некоторых людей, что-то дополнили, что-то изменили, подточили шероховатости, заполнили пустоты … И теперь готовы захватить весь мир. Так что, все идет по плану.

— Агентство, которым вы руководите, концертное. Почему вы взялись за этот проект?

— Мне в этом проекте нравится все. Нравится то, что в нем участвует одна из лучших балерин мира Диана Вишнева, наикрутейший хореограф Эдвард Клюг. Нравится, что это технологически революционное шоу. Нравится, что всем известная история рассказана нами под совершенно необычным углом. Тейс де Влигер, известный по работе в Nosia, написал великолепную музыку. Местами бегут мурашки по коже, местами становится просто страшно, стирается грань между шоу и реальностью и у людей складывается впечатление, что они находятся внутри сна. Мне все нравится в этой истории, мы ее вырастили, выносили, постарались реализовать все задуманное и сейчас готовы представить большой аудитории.

 

Что снится принцессе Авроре

Сказка о спящей красавице существовала в устной европейской традиции несколько столетий. В 1697 году ее записал и опубликовал Шарль Перо. Полвека спустя свою версию представили братья Гримм. В 1890 году балет «Спящая красавица» на музыку Чайковского поставил Мариус Петипа. В 1930 году советский режиссер Сергей Васильев снял одноименный фильм. Через тридцать лет после этого свой знаменитый анимационный фильм выпустил Уолт Дисней.

И это только самые известные из сотен произведений во всех жанрах про спящую принцессу Аврору. Что любопытно, никто из авторов, начиная с Перро, так и не задался вопросом: а что же ей снилось? Теперь этим занялись создатели шоу, причем их вариант ответа получился весьма удивительным.  

Репетиция закончилась и появилась возможность поговорить с главной звездой шоу, одной из лучших современных балерин Дианой Вишневой.

— Как вы вообще к снам относитесь?

Диана Вишнева: — Стараюсь относиться серьезно. Я, конечно, не веду никакие записи, но сны мне важны, стараюсь их разгадать. Вот, допустим, ты человека долго не вспоминал, а он тебе вдруг приснился, и ты понимаешь, что он приснился не просто так, что это что-то значит.

— В вещие сны верите?

— В вещие сны не особенно верю. Со мной такого не бывало, а вот в интерпретацию снов верю. Если перед спектаклем какой-то сон мне приснится, то я его могу немножко интерпретировать. Иногда это происходит из-за того, что мозг перегружен, нервное состояние и сложно расслабиться. Вот сегодня мне вдруг приснилось «Жизель». Прямо по тактам приснилась. И почему-то до начала спектакля я разбиваю балетную туфлю, и она становится мягкой. Мне надо выходить, а у меня вместо пуантов мягкая туфля и других балетных туфель нет. Это настоящий кошмар, но в нем можно найти какой-то смысл.

— Вы очень долго танцевали классический балет «Спящая красавица». Вы что-нибудь оттуда сюда перенесли?

— Я была «классической» Спящей красавицей, но у нее с этим шоу ничего общего…

— То есть это совсем другая история?

— Я ничего не использую из той, «классической» постановки, но этот опыт меня, как балерину, обогащает. Хореографу со мной, я думаю, интереснее работать. Не каждый готов к экспериментам, когда нужно забыть все, что было с тобой до этого. Здесь, конечно, присутствует определенная ломка, но через это надо пройти… Тот, кто танцует этот спектакль, не станцевав классическую «Спящую красавицу», будет выглядеть совсем по-другому.

— Вы осторожный человек?

— Осторожный. Я очень скрупулезно отношусь и к выбору проекта, и с какими людьми мне работать… или не работать. Если я что-то выбираю, я должна иметь возможность оставаться свободной и искренней. И я очень дорожу этой свободой и оберегаю ее.

 

Автор: Петр Каменченко

Читайте также
Книги вместо танков: на Красной площади прошел литературный фестиваль
С 1 по 6 июня в самом центре Москвы прошел пятый книжный фестиваль «Красная площадь». В течение ...
Топи их всех! Как немцы 105 лет назад изобрели подводную войну
22 сентября 1914 года в Северном море в 18 милях от побережья Голландии германская подводная лодка...
Кокоша и Мамай возвращаются: новый сезон популярного сериала стартует через неделю
6 сентября Алексеевский районный суд Белгородской области удовлетворил ходатайство...